Да здравствует наш суд, самый "гуманный" суд в мире!
0 673

Да здравствует наш суд, самый "гуманный" суд в мире!

Если и есть самый справедливый суд, то это СТРАШНЫЙ суд.

Пришло очень важное и тревожное сообщение от Андрея: «В Батайске Ростовской области зреет бунт, вызванный беспределом энергетиков и судов. Всем владельцам участков в садоводчестве «Донская чаша» выставлены счета по 20 тысяч рублей за потери электроэнергии, начиная с 2008 года. Суды на стороне энергетиков. Суд присуждает платить даже тем, у кого нет подключения к энергосети. Доходы – энергетикам, расходы – дачникам».

Вдумайтесь, восемь лет назад, даже уже девять лет назад, в 2008 году энергетики Ростовской области допустили потери электроэнергии. Это их вина. Они ненадлежащим образом исполняют свои обязанности. Прошло 9 лет, они спохватились и решили, что за потери электроэнергии, которые возникли объективно по вине энергетиков, потому что это энергетики должны обслуживать все сети и контролировать ситуацию, должны заплатить владельцы садоводческих участков. 20 тысяч рублей в месяц для Ростовской области – это много. Это больше, чем 20 тысяч рублей для Москвы или для Питера.

Суды на стороне энергетиков – понятно. Но при этом суды присуждают платить даже тем, у кого вообще нет подключения к энергосети. Я не знаю, у них собственных дизель-генератор стоит? Это вряд ли, потому что дорого. То есть в реальности в Ростовской области, одном из богатейших южных регионов России, одной из благодатнейших житниц России, есть садоводческие участки, где люди, как в средние века, живут при лучине, без электричества. Это тоже важно. И люди, которые не имеют подключения к энергосети, которым, судя по всему, энергетики не дают такой возможности, вынуждены платить энергетикам.

Практический совет, Андрей: нужно доходить до Верховного суда Российской Федерации с соблюдением всех процедурных норм. Апелляция и так далее. Если дойти до Верховного суда, хотя для этого нужен адвокат приличный, они обычно дорого стоят, но я думаю, что в Ростове такие адвокаты есть, Верховный суд у нас относительно вменяем. И там можно добиться исполнения законов Российской Федерации. На уровне судов первой инстанции, судя по вашему письму, это невозможно. И это же подтверждается большим количеством других случаев.

Причем не то, что вы плачете, плачут даже органы государственной власти. Например, Федеральная служба исполнения наказаний – это те, кто стережет людей, лишенных свободы, если говорить грубо. Даже они рыдают, потому что они отправляют аргументированные ходатайства от администраций колоний на условно-досрочное освобождение. Администрация колонии говорит: да, вот этот преступник бывший наказан, он встал на путь исправления, он нормальный человек, мы отвечаем за его поведение первые годы на свободе, давайте освободим его условно-досрочно, он исправился. Мы за это отвечаем, говорит администрация колонии. А суды в массовом порядке отвечают: нет, ничего подобного, никаких условно-досрочных, пусть сидит. Все перевернулось с ног на голову. Мы привыкли ругаться: ой, тюремщики, ах, жестокие, кошмар и так далее. И, действительно, в местах лишения свободы мало хорошего, на то они и места лишения свободы. Но администрации колоний считают, что людей можно выпустить, что они не опасны для общества, что они исправились. А официальные наши суды говорят: нет, пусть сидят. И ФСИН просто рыдает от решений этих судов. Но как орган государственной власти ничего не может сделать.

Я думаю, что единственным реальным шагом к исправлению ситуации было бы возвращение выборности судей, всех, кроме судей Верховного суда. И введение нормальной процедуры отзыва этих судей. Чтобы было, как в Советском Союзе. Понимаете, это же сложно себе представить, но у нас сегодня уровень реальной демократии, по крайней мере, в судебной системе, сильно ниже, чем в Советском Союзе. Потому что в Советском Союзе судьи избирались, пусть даже и формально, а сейчас они назначаются.

А теперь о хороших новостях. Я очень много говорил о том, какая плохая система наши суды. Потому что, с одной стороны, судья находится в состоянии абсолютной перегрузки и абсолютного истерического давления, по крайней мере – психологического. А с другой стороны, он полностью безнаказан. Если он принимает решение, которое прямо нарушает закон, ему за это ничего не будет. Я приводит в качестве примера дело господина Аннаева, небольшого московского чиновника, который с ноября прошлого года за пять месяцев… он обвиняется в коррупции, может быть, по-честному обвиняется, на самом деле, но за пять месяцев у него было 20 судебных заседаний по существу, и все 20 заседаний откладывались на потом. Подсудимого привозят в СИЗО, в суд. Суд говорит: знаете, не пришел ваш защитник. Или не пришел обвинитель. Или просто судья занят. Или какие-то еще обстоятельства. И 20 раз подряд вас, приведя на судебное заседание, возвращают обратно. Это продолжается пять месяцев. И, судя по всему, будет продолжаться. Двадцать первое заседание якобы по существу будет 21 апреля. Возможно, оно будет отложено тоже.

Вот в этой самой судебной системе, которая функционирует так и живет вообще непонятно по каким законам, в Перми в Страстную пятницу, то есть сегодня, будут судить русского патриота, который обвиняется по знаменитой 282-й статье, которая получила неформальное название «русская статья». За то, что он выразил неудовольствие поведением этнических группировок в Перми. Поразительным является тот факт, что диаспоры в едином строю выступили в поддержку этого человека. Вы представьте себе, допрашивают русского патриота. И вызывают в суд азербайджанца. И говорят: этот человек оскорбил азербайджанский народ. Азербайджанец настоящий говорит: да нет, это слово не обидное. И мы абсолютно не возражаем против того, чтобы нас так называли, мы сами так друг друга называем. Даже есть такое азербайджанской имя. Так что здесь нет никаких претензий, и человек абсолютно не виновен. Он нас не обидел. Вызывают представителя армянской диаспоры. И армянин говорит: вы знаете, он совершенно правильно говорит, что чужаку нужно указывать на его место и все время напоминать, что это не его страна, что у него есть своя страна, и я, как армянин, это полностью разделяю. Вызывают представителей среднеазиатских диаспор. И они занимают ту же самую позицию.

И получается, что русского патриота защищают диаспоры от российского государства. А российское государство, судья ведет себя так, что адвокат просто воет благим матом и рассказывает, показывает, что грубейшее нарушение уголовно-процессуального кодекса допускается судьей. Что там ненадлежащие доказательства, ненадлежащее обвинение. Просто нарушено все, что только может быть. Свидетели обвинения не хотят давать показаний, их силком притаскивают в суд. И они не хотят сами говорить ничего, им зачитывают их показания, которые непонятно в каких условиях были даны, может быть, из них были выбиты. Они кивают головой: да, я это говорила. Но и всё, ни слова лишнего. Женщину так приволокли. Мужчины говорят: нет, мы не считаем себя обиженными.

И в этой ситуации против русского патриота, оказывается, выступает российское государство. Там еще есть отягчающие вину обстоятельства. Там есть ячейка хасидов в Перми, это такие, как сказал господин Сатановский, иудейские ваххабиты. Это крайние фундаменталисты, это люди, у которых расизм есть в чудовищных формах, и русофобия у них в совершенно чудовищных формах. Достаточно сказать, что американская часть хасидов поставила Россию на счетчик, мы им якобы должны 50 тысяч долларов в день, и им это нравится. В Лондоне, причем умеренные по их меркам хасиды, запретили своим женщинам водить автомобиль. Вообще, как в Саудовской Аравии. Но в Перми эти хасиды получили в подарок от городских властей дорогой участок земли. Причем там предполагается строить якобы религиозный объект, благотворительный объект, но при этом с большой коммерческой инфраструктурой. Судя по всему, этот подарок осуществлен в нарушение всех российских законов. И вот обвиняемый господин Роман Юшков посмел выразить этим неудовольствие. Возможно, что это месть со стороны хасидов. Но в любом случае ситуация: диаспора, люди, которые живут в России, к которым мы привыкли с подозрением относиться, я, по крайней мере, привык, которых часто обвиняют в том, что это этническая мафия, эти люди защищают русского патриота от российского государства. С одной стороны, это плохо. Потому что еще раз мы видим, что такое российское государство и что такое суд. Но с другой стороны, у нас правда формируется нормальный интернационал. Еще раз повторю: диаспоры защищают русского патриота. Я надеюсь, что мы победим в этом суде. Что Россия победит российское государство в этом суде.

Вопрос: «Что значит дорогой адвокат? Официальное признание продажности наших законов и судов». Я имею в виду не решал так называемых, а адвокатов. Труд адвоката, если вам это неизвестно, это такой же труд, как и труд всех остальных, как и ваш труд. И он тоже оплачивается. И адвокат, который квалифицированный, умеет работать, как правило, он берет гонорар выше среднего. Это реальная проблема. Сложно найти нормального адвоката. Потому что здесь, как и везде, в жизнь вошло поколение людей, которые покупали дипломы. Я много раз сталкивался с адвокатами, у меня был не так давно адвокат, который действительно не знал, как оформляется нотариальная доверенность. Адвокат с практикой, с делами, с гонорарами и со всем остальным. Вторая проблема, если вы найдете по-настоящему хорошего адвоката, то это будет стоить денег.

Я не верю в справедливость Верховного суда, я знаю, что он лучше обычных судов. Сильно лучше.

Да, Василий, я согласен, что нужно запретить ложные действия судов, нужно запретить судьям нарушать действующий закон. Странно звучит. Потому что судья и так не может нарушать закон, он стоит на его страже. Но без контроля за судьями они законы нарушают в реальности. И они абсолютно убеждены в своей безнаказанности. Если ради сохранения административной дисциплины в рамках суда они нарушают закон. И чудовищные показатели. У нас сейчас оправдательных приговоров менее половины процента. И это не признак высококачественной работы следственных органов. Это признак чудовищного обвинительного уклона. При Сталине, даже во время большого террора, оправдательных приговоров было 8,5 %. За пределами большого террора, не в 1937-1938 годах, было устойчиво больше 10 % оправдательных приговоров, даже во время Великой Отечественной войны с ее чудовищным ужесточением. То, что у нас сейчас происходит в судах, это катастрофа. Это лишение нас с вами доступа к правосудию. И не только нас с вами, но и всего народа России, включая даже офицеров спецслужб. И они об этом говорят уже не стесняясь и страшно злятся.

Вы меня утешили. Оказывается, дельный совет я давал не сегодня, а в прошлые разы, за которые вы мне говорите спасибо.

«Мало надежды на СПЧ, если это не дело с политической подоплекой». Совершенно верно. Поэтому я говорю именно о Верховном суде Российской Федерации, а не о СПЧ.

Последние новости
Каждому водителю хоть раз в жизни, да приходится менять водительское удостоверение — в…
Новые требования к оформлению земельных участков обойдутся старым землевладельцам в лишние сотни тысяч…
Василий Мельниченко отвечает на обращение в ПРИЕМНУЮ Иванюк Александра из Тульской области.…