Фермеры Волгоградской области: «Пока президент не скажет «борзота!», ничего не изменится»
0 651

Фермеры Волгоградской области: «Пока президент не скажет «борзота!», ничего не изменится»

Наши партнеры, Международный информационный портал "Город героев", опубликовал информацию о Круглом столе, участники которого были и наши региональные представители ОД Федеральный сельсовет.

Сообщество экспертов Волгограда организовало очередной круглый стол – на сей раз о проблемах сельского хозяйства, о том, как выживают фермеры в нашем регионе, какие процессы реально происходят на селе, как решаются у нас вопросы импортозамещения и продовольственной безопасности?

Почему гипермаркеты забиты сомнительной продукцией, а экологически чистые натуральные продукты не попадают на прилавки? Почему все наши многочисленные депутаты и политики не бьют в колокола, выражая обеспокоенность здоровьем нации?..
Экспертами на встрече выступили известные волгоградские фермеры и представители сельской общественности: глава КФХ Иловлинского района, председатель регионального отделения Всероссийского движения "Федеральный сельсовет", депутат Иловлинской районной думы Андрей Прошаков, депутат Дубовской районной думы глава фермерского хозяйства Валерий Выдрин и гражданский активист, куратор газеты «Провинциальная правда» Эльдар Быстров.
Сегодня о Прошакове и Выдрине говорит едва ли не весь мир. Фермеры выступили инициаторами акции «Каравай мира». Они решили собрать зерно из разных уголков страны – с тем, чтобы засеять «Поле мира». Неожиданно к акции присоединились представители других стран. 
Акция стартовала с Мамаева кургана, где её организаторы возложили к подножию Матери-Родины одну из главных святынь – хлеб.
На днях волгоградские фермеры побывали в Краснодарском крае, где получили зерно из рук ветерана Алексея Князева. На поле краснодарца Николая Маслова наши крестьяне наполнили мешочек зерна, из которого будет выпечен первый «Каравай мира» ко Дню народного единства. 
Остальное собранное зерно посеют в хозяйстве Валерия Выдрина. Для этого в Волгоградскую область в конце августа – начале сентября прибудут фермеры из Южного федерального округа.
Они мечтают о том, чтобы эта мирная акция помогла прекратить все войны на земле, чтобы люди занимались только созидательным трудом и помогали друг другу.
Помимо селян в работе круглого стола приняли участие уважаемые депутаты Волгоградской областной думы Владимир Попов и доктор исторических наук профессор Михаил Таранцов, доцент кафедры социологии Волгоградского филиала РАНХиГС, кандидат философских наук Сергей Вовченко, кандидат политических наук, политолог Павел Смолянский, известный медиа-менеджер Елена Шаркова, главный редактор ИА «Город героев», кандидат политических наук Елена Каменская.

13017 175
11 9017 2 Елена Шаркова:
- Хотелось бы начать наш разговор с одной цифры: Волгоградоблстат по итогам первого квартала сообщил, что волгоградская аграрная сфера показала рост на 5, 6 процента. Это самый большой рост в Южном федеральном округе. Такая хорошая, убедительная цифра – при том, что остальные индексы промышленного производства падают. 
Вроде бы, всё у нас в шоколаде, и это действительно так? А если не так, то каковы причины и следствия?
Андрей Прошаков:
779690 94- Цифра немного лукавая. Посмотрите, какой происходит парадокс. При всех посылах правительства, президента о приоритете сельского хозяйства, при всех стараниях Росстата что мы видим на самом деле? Количество социально необеспеченных семей на селе ежегодно увеличивается на 2-3 процента. Как я это прослеживаю? Из-за пресловутых пятнадцати рублей в сутки, выделяемых на социально необеспеченных детей. Сегодня эта цифра по району колеблется от 65 до 82 процентов. То есть мы стали лучше жить, но социально необеспеченных детей почему-то стало больше.
В рапортах районных начальников за газ и свет долги уменьшились, а в реальности среди населения произошёл скачок задолженности за газ, за свет, за коммунальные услуги. 
Теперь ещё такая категория, как закредитованность личных бюджетов сельских жителей. Она сегодня доходит до восьмидесяти процентов. Я имею в виду быстрокредиты. И это, на мой взгляд, страшный показатель. Вы в курсе, что Сбербанк ушёл из села? Ближайшее отделение находится где-то в Михайловке. И это серьезный индикатор благосостояния селян. Кстати, а Россельхозбанк так и не зашёл к нам. 
Почти сто процентов сельхозпредприятий покрывают кредит кредитом. О чём мы говорим? О каком росте? Можно рапортовать о больших урожаях, а что даёт нам сегодня этот большой урожай? В условиях, когда земля и элеваторы находятся практически в одних руках. Частник собрал зерно и вывез его куда захотел. При этом здесь он получил субсидии, показал вал. А население осталось на бобах.
Заметьте, президент Владимир Путин не нацеливает никого на рекорды по зерну, он говорит – надо налаживать достойную жизнь на селе. А что у нас? Есть латифундисты, которые владеют почти всей землей в регионе, и есть люди, владеющие, условно говоря, шестью сотками. Закона о земле до сих пор нет, что позволяет концентрировать её в одних руках.
589-й приказ правительства гласит о том, что сегодня можно, например, мясо перевезти для продажи без всяких проблем, но, в то же время, Волгоградская область, видимо, чтобы добить частника, решила не выдавать субсидии - погашение за африканскую чуму - личным подсобным хозяйствам. Эту строку из документов даже вычеркнули! То есть крупные агрохолдинги получают денежное возмещение, а в мелких хозяйствах скот уничтожили и успокоились.
Сегодня есть редкая возможность похвалить премьера Дмитрия Медведева за этот 589-й приказ, но на местах-то, к сожалению, всё делается супротив. Наверное, пока президент не скажет «борзота», ничего не изменится.
Поэтому отток населения из села растёт – и всё это стоит за валовой цифрой роста в 5,6 процента.

Елена Каменская: 
- А есть основания, по которым мелких фермеров вычеркнули из получателей компенсационных выплат по АЧС? Или это самовольство региональных властей?
Андрей Прошаков:
- Точно не могу сказать, почему так происходит и кто принимает такие решения.

118817 190
Елена Шаркова:
- Ваша недавняя поездка в Москву за совещание в Госдуму не помогла прояснить ситуацию?
Андрей Прошаков:
- Там мы обсуждали более глобальные проблемы. На совещание съехались более ста крестьян, немало было депутатов Госдумы и их помощников, руководителей крупнейших предприятий – таких, как «Ростсельмаш», «Киров». Заинтересовались нами и представители российской Торгово-промышленной палаты. 
 Елена КаменскаяЕлена Каменская:
- Поразительно, но факт: о замечательной акции «Каравай мира», поддержанной независимыми СМИ, дружно промолчали все провластные издания Волгоградской области. Возможно, потому, что этой самой власти претит активная позиция фермеров и то, что они решаются говорить правду.
Когда мы написали о совещании в Госдуме на своём портале, сразу появились люди, которым захотелось принизить его статус, а нас выставить дезинформаторами. Мол, делегатов проигнорировали не только депутаты от Волгоградской области, но и заявленный спикер Госдумы. Но селяне и без них неплохо обошлись, поработав над повесткой предстоящего съезда представителей российских земель. А отсутствие депутатов Госдумы-волгоградцев говорит лишь об их отношении к этой проблеме – не более того. Вот заявить сердитое «фи» по поводу проверки КСП в НЭТе – это они могут, как по указке дружно засветившись на телеэкранах. Даже бывший председатель аграрной партии господин Плотников не преминул пнуть театр. А дела селян его почему-то не зацепили. 
Спасибо тем, кто внёс нас в список «дезинформаторов»: благодаря им мы ближе познакомились с деятельностью Федерального сельсовета, наладили контакты с его пресс-секретарем и договорились о сотрудничестве.

11 00 17 196
Елена Шаркова:
- А со стороны областной администрации есть внимание к проблемам села?
Андрей Прошаков:
- Наверное, есть. В том плане, чтобы отчитаться, сколько у нас чего производится и растёт. В этом смысле с сельским хозяйством у нас все хорошо. Хотя и без отчётов мы можем себя прокормить, несмотря на то, что поголовье скота падает. Свинокомплексы мясом завалят, депутат облдумы Струк, к примеру, яйцами. Но что касается помощи и поддержки… Тут всё избирательно. Кстати, я не помню ни одного регионального законодательного акта в последнее время, который бы помогал селянам. Единственное, что было, это какие-то послабления с электричеством. И то я понимаю, почему депутат от сельских территорий этим озаботился – потому что это выгодно лично ему. 
А сегодня идёт подмена понятий: говорят, что огромные деньги направляют на село. Ну, пришли два миллиона на благоустройство хутора, где ни работы, ни медицины, ни досуга. Ну, уложили там на площади плитку «кабанчиком». Утром коровы по ней прошлись – следы оставили. Вот и всё благоустройство. Да и делается подобное, как правило, перед выборами.
Зато у главы сельского поселения – три автомобиля, деньги для этого находятся.
Когда на избирательный участок заходит 92 человека, а оттуда выносится 640 бюллетеней проголосовавших, мы же уже не возражаем, закрываем на это глаза. Но делайте так, чтобы людям жилось легче. Или хотя бы не мешайте.
Елена Каменская:
- А как у нас в области обстоят дела с субсидированием, коль скоро строка на возмещение потерь от АЧС пропала? И как решаются вопросы с землёй?
1407Валерий Выдрин:
- В области стоит дилемма: нужна земля или не нужна земля. Хорошие, плодородные земли олигархи намереваются скупить, чтобы потом сдавать нам её в аренду. А есть земли, которые никому не нужны.

У нас в Дубовском районе 147 тысяч гектаров земли, из них только 55 тысяч гектаров обрабатывается. Остальная территория зарастает и пустует. Её потом не вернёшь. Я могу показать, где вместо полей уже лес вырос. Огромные заброшенные территории!

И эту поросль потом не уберешь. Но никто не думает землёй заниматься. К примеру, у депутата облдумы Якунина девять тысяч гектаров земли зарастает, он любитель охоты, наверное, лес разводит.
При этом люди не идут работать в село. Я вот нашёл одного желающего – дал ему пять гектаров личной земли, но с условием, чтобы он ею занимался. Человек приехал, строит дом и будет рассаживать сад. И другим можем землю дать – приезжайте, работайте.
Елена Шаркова:
- Очередной парадокс: фермер отдает личную землю, а власти на эту проблему наплевать?
Валерий Выдрин:
- Получается, что так. Теперь вопрос погектарного субсидирования. Если у тебя обнаружили три копеечки задолженности, деньги ты не получишь. Так было и в нынешнем году: нашли у нас сто рублей долга. Идём в налоговую, выясняем, что задолженности нет, ошибочка вышла. Возвращаемся за субсидией, а нам говорят: « А всё уже! Ваши деньги поделены на других!». То есть, кого захотели, выкинули из списков, а нужным добавили?
Елена Каменская:
- А что или кто мешает внести поправки в закон о субсидировании? Подобный подход не выдерживает критики и определенно содержит признаки коррупции. Кто это такие – «другие», на которых поделены причитающиеся вам деньги?

11 llj7 201
Андрей Прошаков:
- Сегодня получается так: у тебя будут надои, привесы, хорошие урожай, зарплата рабочим. Но если в бухгалтерии малейшая проблема, ты ничего не получишь. Ошибки есть у всех. Но кому-то дают их исправить, а кому-то нет. До определенного времени и нам давали исправлять, но как только мы стали для власти неудобными, всё изменилось. Поэтому сегодня должен быть не конкурс бухгалтерского учёта, а привесы, надои и остальные результаты. 
Валерий Выдрин:
- Да ещё пытаются нас шельмовать. У меня засеяно две с лишним тысячи гектаров, а районная газета пишет – 80. Нормально? Откуда там взяли эту цифру? Если там с головой не дружат, пусть уйдут, а не морочат людям мозги. А вас всех мы приглашаем к себе в хозяйство. Приезжайте, посмотрите, как мы работаем и каким потом даются наши достижения.
Андрей Прошаков:
- Может, я немного утрирую, но сегодня фермеров в нашем Иловлинском районе меньше, чем работников редакции в районной газете. А если по России, то журналистов на бюджете 80 тысяч, а фермеров - 56 тысяч.
Елена Каменская:
- А сколько фермеров было лет десять назад? 
Валерий Выдрин:
- До 15 тысяч доходило в Волгограде.
Андрей Прошаков:
- Мы были на совещании в минсельхозе, там назвали цифру: всего за прошлый год фермеров уменьшилось на треть. Я не поверил, усомнился, а мне сказали: на самом деле ситуация ещё хуже.
11 7 168Павел Смолянский:
- С поинтересовался итогами последней переписи населения. Материалы ещё не готовы, но появилась экспресс-информация за 2016 год. Там прослеживаются несколько чётких тенденций: первое – сокращается количество фермеров по стране. В Волгоградской области, по данным переписи, крестьянско-фермерских хозяйств – 3722. Кстати, по поводу земли формально регион на десятом месте по количеству земли на одно КФХ.
Андрей Прошаков:
- Если мы сегодня покажем, кто владеет землёй, будет о-о-очень интересно. А смерть фермерам – это агрохолдинги.
Павел Смолянский:
- Вы всегда будете им проигрывать. Вас никогда не пустят в торговые сети.
Андрей Прошаков:
- До тех пор, пока государство будет акцентировать на них свои политическую, экологическую, административную волю, конечно, мы будем проигрывать. Но поставьте нас в равные условия, и мы посмотрим, что будет. 
11 17 2324Владимир Попов:
- Сейчас мы обсуждаем тему, а что нас впереди ждёт. На мой взгляд, у нас в области достаточно много так называемых латифундистов, которые реально владеют землёй. Тех, кто реально может влиять на получение субсидий и получает их. Но далеко не все субсидии до земли доходят. Большая их часть остаётся вверху. Конечно, и агрохолдинги имеют право на жизнь, и фермерские хозяйства, но система у нас в области, на мой взгляд, больная в этом плане. 
Крупные агрохолдинги будут задавливать фермерские хозяйства, прежде всего, объёмами. Вопрос - как в области создать нормальные условия для той и другой стороны?

Почему я не вижу в магазинах местных яиц? Да потому что нашего производителя туда никто не пускает. И власть на эту ситуацию должна влиять. Так же, как она уже влияет в Татарстане, Москве или Белгороде. Оптовикам должны предъявлять санкции за то, что они не предоставляют местным возможность продавать свою продукцию. Вариантов того, как наладить работу, масса, но власть этим не занимается.

Это первое. Второе. Субсидий никогда не будет хватать. И справедливое распределение должно быть. А как выстроить эту работу, с вашей помощью и подсказкой мы, депутаты, должны оформить законодательно, чтобы не чиновник сидел и определял, кто получит, а кого обделят. Надо ужесточить закон, чтобы у чиновника права не было – волюнтаристски решать такие вопросы.

Ведь на самом деле субсидии для села в области выделяются немалые. В нынешнем году – почти четыре миллиарда! Куда идут эти деньги?

В нынешнем году выделено на полмиллиарда больше, чем в прошлом году. Но как их эффективно использовать? Сколько денег доходит до населения, до простых фермеров? Вот эту систему выстроить необходимо, как того требуют президент и правительство. Давайте смотреть, давайте свои предложения.
У нас был хороший советский опыт. То, что эффективно работало, то и поддерживали, по потребкооперации Волгоградскую область признавали лучшей в стране.

55617 195
Андрей Прошаков:
- А что происходит сейчас? Поголовье скота уменьшается, а надои увеличиваются. Это как? И почему это никого не настораживает? Какова нынче ситуация?

В январе нынешнего года крупного рогатого скота в Волгоградской области насчитывалась 244 541 голова, а в июне – уже 242 352 головы. В январе в регионе было 263 702 свиньи, а в июне уже 256 322 . Данные по птице в январе 6210 740, в июне - 6090 363. По лошадям: в январе -10 468, в июне - 10 224. Единственный показатель, по которому появился прирост – это мелкий рогатый скот.

Крестьянин готов работать, но его затолкали в тень. Вот ЛПХ должны иметь общественный выпас. Но на 430 сельских поселений у нас их десятка два, не больше. Почему так? А потому, что пришёл богатый дядя, посмотрел – земля свободна, и намекнул главе – надо объявить конкурс. И земля уходит «нужному» человеку. А селяне остаются без средств к существованию.
Дальше идём. Сегодня из 430 площадок для забоя скота работает всего 103. Крестьянин готов туда цивилизованно прийти и забить скот для той же кооперации. Но и здесь мы три года толчёмся на месте и только восклицаем о возрождении сельского хозяйства. Президент говорит о кооперации всех форм собственности, но у нас в области ни одного кооператива не создано. Только один есть новый в Киквидзе - молочный, а все остальное создавалось очень давно. Один раз в три года создавать кооператив на 430 поселений - это нам сколько ждать, 120 лет?..
Владимир Попов:
- Ещё одна важная тема – развитие села и ТОСовское движение. Вот мой округ, Камышинский район, село Водно-Буерачное. Там арбузы и всё, что с этим связано. Жители решили построить весовую станцию на собственные средства, начали взвешивать фуры, идущие с севера. Пошли деньги, обороты, учёт и налоги. А ТОСовское движение сейчас в регионе практически ликвидируется. Была какая-то поддержка от государства, мы закладывали более 300 миллионов в год на всю область, но сейчас власти говорят – нам это не нужно. А как вообще тогда село поднимать? Таджиками одними всё закрыть? Это в корне неправильно. Я считаю, что субсидии сейчас очень ловко научились брать вот эти латифундисты и огромные агрохолдинги. До села доходит лишь десятая их часть.
Андрей Прошаков:
- И на эти субсидии покупаются по три машины на одного главу поселения…
Владимир Попов: 
- Да, возникает ситуация, когда мы говорим: 4 миллиарда субсидий на область – это здорово, но когда доходит до практического распределения, мы денег реально в селе не увидим. Надо посмотреть, что с этим можно сделать на законодательном уровне. И с теми собственниками земли, которые одну треть купленной земли отдают в аренду, а две трети стоят брошенные и зарастают лесом. Их надо понуждать использовать эту землю. Ведь заинтересовать их уже невозможно – субсидии-то они получают, и им больше ничего не нужно.
Елена Шаркова:
- У них и так все кучеряво, зачем им беспокоиться? Заявительный характер использования земель всех устраивает именно по этой причине.

11 9lk211
Андрей Прошаков:
- Ваша мысль понятна - можно действовать и через ТОСы. Но они на сегодня крайне политизированы.
Владимир Попов:
- Можно и не через ТОСы. Можно через глав поселений и районов.
Андрей Прошаков:
- Мы много говорим об инвестициях. У нас 600 тысяч человек сельского населения и сто тысяч коров. Если, например, цена молока будет достойной, то через год-два вполне можно увеличить стадо вдвое, а то и втрое. Вот тетя Маня утром подоила корову, сдала по 12 рублей за литр перекупщику при себестоимости 22 рубля – ей как-то жить надо. Потом она ведёт в детсад своего ребёнка, где он получает стакан молока за бюджетные деньги, а это 60 рублей за литр в торговле. Да и качество этого молока далеко уже не то.
Причем всё это делается в соответствии с 44-м федеральным законом. Слушайте, ну это же маразм! Можно сделать пилотный проект. Субсидируйте поселение на 500 тысяч, оно купит у тети Мани свежее натуральное молоко по 25 рублей за литр – и это молоко пойдет в те же садики и больницы. Тётя Маня будет довольна, купит еще одну корову и будет продавать больше молока за такую справедливую цену. А экономия бюджетных денег - огромная! И эти деньги можно и нужно инвестировать в развитие села.

Павел Смолянский: 
- На святое покушаетесь, Андрей Павлович?..
Андрей Прошаков:
- Это да… Но почему бы властям не распространить такую практику на молоко, картофель, мясо? Почему всё это покупается не у местных, а везётся за тридевять земель? Мы пришли к тому, что это мощный рычаг администрации. Я вот уже года три смотрю видеоролик, где весёлый усатый казак Александр Иванович Беляев ходит по торговым рядам и рассказывает, как он везде наведёт порядок с местными продуктами…

36636
Елена Шаркова:
Знаю, что у коллеги из «Провинциальной правды» есть своя информация на земельную тему.
14074Эльдар Быстров:
- В начале 90-ых годов была так называемая земельная реформа, когда людям раздали землю в виде паев. Кто-то сам попробовал заняться хозяйством, кто-то сдал в аренду. К 2000 году почти вся земля оказалась в аренде и, похоже, сосредоточилась в одних руках. В 2014 году кадастровая стоимость земли сельхозназначения заметно повысилась, соответственно, повысился и налог на землю. Бабушки и дедушки – владельцы паев - налог не платили, разоряющиеся хозяйства тоже. И в конце 2016 года собственникам долей пришли квитанции по 10 тысяч рублей налога. Бабушки-дедушки идут в хозяйства, которым отдали землю в аренду, спрашивают – а вы чего не платили налог? А денег нету, отвечают там. Но если хозяйство не отказывается от земли, значит, получает на неё субсидии. 
Бабушки – в суд. Тот расторгает с хозяйствами договоры аренды и отдаёт в фонд распределения района. А поскольку земля не выделена, это происходит практически виртуально - только свидетельства о собственности и передали. Раньше как распределялось? Вот 100 гектаров. Мои 10, ваши 10, ещё чьи-то 10, и фактически нет границ. Так земля и ушла. 60 человек забрали 1200 гектаров только в Дубовском районе, насколько я знаю.
Елена Шаркова:
- Отдачи от местного сельхозпроизводства мы в своих холодильниках практически не видим. Из молочки в крупных сетях – разные бурёнки, коровки из кореновки, брест-литовски, простоквашины и прочие чужие марки.
Валерий Выдрин: 
- И срок хранения у этой продукции – полгода. А иногда и 8 месяцев. Мы с НТВ даже сюжет на эту тему делали в местных сетях. Представляете, что в этих пакетах? Какое тут здоровье нации!
Елена Каменская:
- А в последние годы в местных маркетах - обязательный брянский «Мираторг» - даже некая мраморная говядина по 500 с лишним рублей за килограмм.
Павел Смолянский: 
- Опять на святое покушаетесь?..

11 017 204
Елена Шаркова: 
- Из местных в малом количестве магазинов Волгограда представлена лишь небольшая линейка продуктов из Камышина, Елани, Суровикино, Волжского и Иловли. Очень популярные молочные продукты из Михайловки остались лишь в единичных крохотных киосках. И это прямое отражение того, о чём мы сегодня говорим.
Валерий Выдрин: 
- К тому же иногородние продукты дорого стоят. Да ещё не факт, что за высокую цену купишь качественный продукт.
44 17 220Михаил Таранцов: 
- Мы с этого, собственно, начинали и к этому возвращаемся. На мой взгляд, политика государства в отношении аграрного сектора в своей сути и основе ошибочна, неправильна и её, конечно, надо менять. И абсолютно точно сказано, что, даже имея достаток, ты можешь купить некачественный продукт. Ясно, что на уровне федерации должны произойти серьезные изменения, и они должны согласовываться с мнениями людей, которые на земле работают своими руками. То же самое должно произойти и на уровне региона. 
Почему этого не делается? Кому-то это неочевидно, а нам очевидно. В этой связи я бы хотел коллегу Попова поддержать. Мы имеем массу примеров, когда при общем неправильном подходе некоторые регионы демонстрируют свои методы работы с аграриями, которые серьёзно отличаются от того, что мы имеем у себя в регионе. Больше скажу. К сожалению, СМИ об этом очень мало говорят, и у обычного жителя области может создаться впечатление, что на областном уровне, в той же облдуме, – тихое болото, которое никто не теребит и никаких вопросов властям не задает. На самом деле это не так – и вопросы неприятные задаём, и предложения высказываем.

Это правда, что у власти – местной и региональной - очень много рычагов, которые можно задействовать для того, чтобы ситуацию как-то поправить. И опять же, к сожалению, они вообще ничего не делают из того, что могут и должны. То, что сегодня прозвучало от представителей аграрного сектора, – лишнее тому подтверждение.

Не хочу называть конкретных фамилий, но свою точку зрения выскажу. Те обращения, которые появляются в адрес федерального центра по решению или поддержке каких-то позиций села, в значительной степени основаны на удовлетворении собственных, личных интересов. То есть если их какая-то проблема затронула, тогда сразу и документы появляются, и аргументы находятся, и дума их дружно принимает без особых обсуждений. Вот мы упоминали обращение – на одном из последних заседаний думы было принято – щадящий тариф на электроэнергию для сельхозтоваропроизводителей. Понятно, откуда это всё родилось. 
А в конце прошлого года был парламентский час по импортозамещению. Речь шла и по селу. Я готовил целый ряд поправок. И ни одну из них самая большая наша фракция не приняла, хотя там была своя логика – в этом я не сомневаюсь. Одна из поправок была – причём написанная в очень корректной форме – такая: обратиться к руководству страны, чтобы оно проработало необходимость поставок сельхозпродукции из той же Турции. То есть мы только вчера слышали от президента, что одними помидорами Турция не обойдётся, а сегодня ворота для её продукции – не всегда качественной - вновь открылись. Наши покупатели от этого только страдают, а селяне ничего не получают, кроме головной боли. Но за это никто из депутатов не проголосовал.
Я это к чему? Чтобы все знали – мы об этом на думе постоянно высказываемся.

Почему же на уровне области нет конкретных шагов со стороны власти? Потому что многие представители бизнеса, которых устраивают сегодняшние правила игры, имеют лоббистов в администрации и нашем заксобрании, и таким образом поддерживают статус-кво своих личных интересов.

Естественно, они не заинтересованы серьезно менять ситуацию. Но есть у нас депутаты, которые готовы эти проблемы озвучивать. И если у вас есть конкретные предложения,
темы и формулировки, поскольку вы этим живете, то мы готовы их принимать во внимание. Причем так: вот в этот закон нужно включить такое-то положение, а вот из этого исключить вот эту формулировку. И я, и Владимир Георгиевич готовы вам помогать.
Владимир Попов:
- Думаю, и многие коллеги по думе нас поддержат, потому что разумные, выверенные, взвешенные предложения тяжело отбивать.
Михаил Таранцов: 
- Да, хотя это будет непросто по тем причинам, о которых говорилось выше. С другой стороны, если не будет таких людей – заинтересованных, неравнодушных, которые выходят на горизонт области и страны, то и изменений никаких не будет. Я убежден, что с такими людьми надо более плотно взаимодействовать. И здесь могут быть любые формы общения, потому что в любом случае мы должны пытаться влиять на ситуацию и предпринимать конкретные шаги. Также убежден, что если на уровне России мы пока не добились изменения отношения к крестьянину, то на уровне области вполне можно навести порядок. В этом направлении нужно двигаться, и мы со своей стороны к этому готовы.

11 37 168
Елена Шаркова: 
- Но прямых коммуникаций между фермерским сообществом и властями не существует, а если они и есть, то так надежно «закрыты», что о них мало кто знает.
Андрей Прошаков: 
- Существуют, но они действительно малоэффективны. В своём соку, в основном, варимся. Мы точно с голоду не помрём, но коммуникация власти нужна именно с мелким собственником, как это принято во всём мире. Проблема на самом деле ещё страшнее. Раньше крестьянин в совхозе работал, но имел свою землю и скот. И власть поощряла это, когда он продавал свою продукцию в кооператив: давала ковры-машины-мебель, помните?
Владимир Попов: 
- Тогда наша область была лидером. И наш опыт учитывали, когда закон о кооперации в России принимали. А сейчас это забыто.
Андрей Прошаков: 
- Сегодня мы пришли к тому, что один латифундист под себя всё подобрал, и мелкие собственники, на которых все цивилизованные государства держатся, практически исчезли.
11 7 1664Сергей Вовченко: 
- Думаю, что в этом случае прослеживается связь с тем процессом, о котором часто говорили при коммунизме – о развитии капитализма в деревне. Я много читал аналитических статей о развитии сельского хозяйства - в журнале «Отечественные записки», в частности. И процесс исхода людей из деревни, когда нет работы и исчезает мелкий собственник, - через это проходили многие страны. Индустриальная революция во Франции в 50-ые годы привела к тому, что из 10 селян 8 уехали в город. А оставшиеся двое стали производить столько продукции, что её хватало на обеспечение города. В США есть ферма в полштата величиной – и всего семь человек ею управляют. Это американский путь развития капитализма. Наш путь ближе к германскому – латифундисты, юнкера, помещики. Европейский путь развития несколько другой. Во Франции эту проблему решала кооперация, объединяясь друг с другом, крестьяне создавали крупные эффективные сельхозпроизводства.
У большевиков тоже была идея создать производство на основе кооперации. Ленин всё это осмыслил в своей знаменитой статье «О кооперации». Левоориентированные политики должны были осуществлять этот замысел и создать модель общественно ориентированного кооперативного сельского хозяйства. Но у нас всё пошло несколько по-иному – коллективизация и прочее.
Андрей Прошаков: 
- Но вместе с тем было понимание, что начались перегибы на местах, и власти дали указание крестьянину иметь корову, до 50 голов овец, племенное покрытие, сад-огород в подсобном хозяйстве. И к 1937 году ситуация выправилась.

11 7 166
Павел Смолянский: 
- В 1997 году я был в Николаевском районе, где отмечалось 150-летие территории. Там увидел любопытную книжку, где было написано: в 1714 году на эти земли был набег татар, они увели в плен жителей и около 10 тысяч голов КРС. Вот кто, оказывается, виноват, что в районе сегодня нет такого поголовья!

Ну, а если без шуток, то политика государства в отношении села очень прагматична. Почему оно субсидирует крупные агрохолдинги? Во-первых, агрохолдинги везде и всегда связаны с местной властью, а зачастую эту самую власть и формируют. Во-вторых, со 150 крупными холдингами договориться легче, чем со 150 тысячами фермеров. И, кстати, не только санкции управляют ситуацией на сельхозрынке. Это падение курса рубля и падение товарооборота даже с теми безобидными странами, которые против нас санкций не вводили. Проблема в том, что рубль рухнул, и покупать продовольствие за рубежом стало дороговато.

Ещё один момент, почему государству с агрохолдингами выгоднее работать – холдинги всегда могут пойти на снижение качества продукции в связи с тем, что покупательная способность падает, и хоть чем-то надо удовлетворять спрос на самые ходовые продукты питания. А холдингам это раз плюнуть: пальмового масла в молоко добавили - и народ накормили.
Андрей Прошаков: 
- Но идя по этому пути, мы сами себе барьер поставили. Взять тот же зерновой рынок. Ещё неизвестно, куда этот рынок идёт – может быть, на спиртовые заводы в Осетию? Кроме разбитых дорог, мы от этого рынка ничего не имеем.
Сергей Вовченко:
- Не раз приходилось слышать, что в Волгограде базируются два или три крупнейших зерновых трейдера. И здесь как пылесосом высасывается бешеная прибыль через порты за вывоз зерна. Я и сам видел вереницы судов, идущих с зерном по Волге в Ростов и Новороссийск. И эшелонами по железной дороге зерно тоже вывозят.

Уезжает волгоградский урожай, вылетая как в трубу. Правда, труба кому-то принадлежит, и она явно золотая. Здесь ничего не остаётся, и хвалиться высокими цифрами урожая просто смешно.

Владимир Попов: 
- Мне довелось общаться с фермерами Германии. Сейчас мы пытаемся как-то применить европейский или американский опыт у себя, так вот: в Германии система кооперативов работает чётко, как у нас в советское время. С каждым фермером заключается договор о том, что он должен поставить в течение сезона, на каких условиях и какие субсидии от государства он получит. Я спрашиваю – а если у тебя хороший урожай и ты получил больше, тогда что? Отвечает – тогда или я сам реализую излишек, или мы отдельно договоримся с кооперативом, почём он это у меня возьмёт. 
То есть существует госзаказ, я должен его выполнить и за это получить субсидию. А если неурожай? Тогда приходит комиссия, оценивает, признаёт, что неурожай случился по независящим от фермера причинам, и субсидия выплачивается как возмещение за убытки.

То есть система в мире есть: простая, эффективная, поддающаяся контролю. Я не понимаю, почему мы внедряем какую-то кривую дорожку и по ней вслепую идем?

Сергей Вовченко: 
- США не дотирует сельское хозяйство, поэтому там активно работают с ГМО. Я однажды присутствовал при разговоре директора крупного агрохолдинга и шефа зерновой компании в Москве. Речь зашла о ГМО. Специалист из Москвы сказал – за ГМО будущее, нет никаких противопоказаний. Почему же полмира так сопротивляется? В России пока никто не сопротивляется, потому что пока ещё пещерный век в этом вопросе. 
А вот Европа очень сильно против именно потому, что дотируется сельское хозяйство. Высокопроизводительные технологии, основанные на ГМО, в будущем вышибут на помойку все сегодняшнее сельское хозяйство. И село возьмут в руки те, кто будет применять ГМО-технологии, так как там потрясающие результаты и учеными доказано, что никаких пагубных последствий эти технологии не несут.

11 07 244
Павел Смолянский: 
- Дела в сельском хозяйстве идут хорошо в тех странах, где государство контролирует отношения как с фермерами, так и с агрохолдингами. Есть чёткие правила игры – есть результат.
Андрей Прошаков: 
- Возьмем хозяйство «Краснодонское» – откормочный комплекс и элеватор. Там один хозяин. И на протяжении 15 лет это предприятие как платило в бюджет 25 миллионов рублей, так и платит: потому, что само себя регулирует и по ценам на зерно, и по ценам на свинину. А если бы там были акционеры, дело шло бы по-другому. В Америке ни у кого нет 158 тысяч свиней. Как и в Европе – там такого не позволит государство. А мы имеем то, что имеем – и это позволено государством.
Валерий Выдрин: 
- Самое страшное – что скоро у нас многодетные семьи будут сидеть с протянутой рукой. И никто на это не обращает внимания. Хотел бы задать вопрос облдуме: вот у нас в районе секрета нет, что все депутаты райдумы «заточены» под главу района, и как тот скажет, так и будет…
Михаил Таранцов: 
- Извините, что перебиваю, но в области - то же самое. Но вода камень точит, и если бы мы не поднимали эти проблемы, то не было бы многих обсуждений, проверок, подготовленных по их итогам документов.
Валерий Выдрин: 
- Так вот, ко мне сегодня подошла одна женщина, соседка, у нее четверо детей. Говорит, помоги, Валерий Павлович, дай 5 тысяч рублей, мне отрезали свет, надо счётчик заменить, а купить не на что. Вот этот идиот, кто свет обрезать дал команду, он куда смотрел? Кто поможет селу, которое вымирает? Вот о чём ещё надо говорить.
Михаил Таранцов: 
- Беда в том, что это общероссийская политика. Одна из серьезнейших проблем, о которых мы сегодня говорили, – засилье монополистов. Вот пишешь запрос как депутат, а тебе отвечают – эти позиции государством не регулируются, не предусмотрено законом. Взять те же тарифы на электричество: многие нуждающиеся по разным причинам не могут оплатить долги, и к ним очень быстро приходят и отрезают ток. А потом ещё и деньги берут за то, что сначала отрезали, потом подключили… Всё это идёт сверху. И мы с вами – и красные, и белые, и зеленые, и в полосочку - это понимаем. С точки зрения здравого смысла и социальной составляющей, эту ненормальную ситуацию, конечно, надо менять.
Андрей Прошаков: 
- И при этом сельскими территориями управляют те, кто ими столь же «успешно» управлял 15 лет назад. Подошёл недавно на совещании к двоим из них: взахлёб обсуждают, какой ориентации новый французский президент Макрон. Спрашиваю, какие у них в районах удои, - сразу замолчали. Такую интересную беседу им перебил.
Сергей Вовченко: 
- Хочу заметить, что мы сегодня совершили большой информационный грех: говорили не об Украине и Сирии, а о России и сельском хозяйстве. Поэтому покаемся, но будем продолжать говорить о действительно важных вещах.
Елена Каменская: 
- Сегодня прозвучали дельные и конкретные предложения, с которыми мы познакомим и регион, и федеральный центр. Неизвестно, к чему мы придём, но пока ещё не все потеряно. Надеемся, какие-то из обговоренных проблем найдут своё решение и на уровне региона, и будут отражены в соответствующих законодательных актах.
Михаил Таранцов: 
- Нынешний состав облдумы последовательно отдаёт все полномочия чиновникам - от самых мелких и заканчивая очень серьёзными. Это происходит уже два с половиной года. Рано или поздно придётся вернуть их назад, но пока паровоз идёт в другую сторону.
Владимир Попов: 
- Я бы выделил один момент, который мы, думцы, способны изменить. Дело в том, что сегодня на откуп исполнительной власти отданы все методики по субсидиям селу. Мы их не видим и не контролируем. Получается, что власть может волюнтаристски принимать любые удобные ей решения. Я думаю, что к этому вопросу надо возвращаться уже на осенней сессии и пытаться его изменить. Конечно, я понимаю, что будет трудно и с чем мы столкнёмся, но делать это необходимо.
Михаил Таранцов: 
- Все здесь присутствующие – и фермеры, и эксперты, и депутаты – понимают и знают, насколько всё непросто у нас в области. Но в Библии сказано: главный грех – это уныние. И я призываю вас не унывать, несмотря ни на что, и делать всё возможное, чтобы менять ситуацию к лучшему.

 11 09 246

 

 

Последние новости
А может быть эти ростки независимого профсоюза устоят и станут нашей надеждой человеческого…
Следите за новостями по итогам проведенного Круглого стола «О необходимости ответственности правоприменителей»…
Пока делегация фермеров из регионов России занималась с проблемой сохранения поголовья КРС в…